КУБА. «ПОЛДЕНЬ XXII ВЕКА». ЗАКАТ



ПРЕДИСЛОВИЕ

«Четверка обитателей 18-й комнаты была широко известна в пределах Аньюдинской школы. Это было вполне естественно. Такие таланты, как совершенное искусство подражать вою гигантского ракопаука с планеты Пандора, способность непринужденно рассуждать о девяти способах экономии горючего при межзвёздном перелёте и умение одиннадцать раз подряд присесть на одной ноге, не могли остаться незамеченными, а все эти таланты не были чужды обитателям 18-й. История 18-й началась ещё тогда, когда их было всего трое и у них не было еще ни отдельной комнаты, ни своего учителя. Но уже тогда Генка Комов…» Мы зачитывались «Полднем…» у Братьев Стругацких, это был такой своеобразный манифест коммунистического будущего. И жили мы в самой могущественной, в самой прекрасной и справедливой стране, в Союзе Советских Социалистических Республик. А где-то, далеко-далеко, в другом полушарии, сумасшедшие капиталисты строили свой безумно звёздно-полосатый мир, а рядом, практически у них в логове, жили великие герои и живые легенды — кубинские революционеры. Кто не знал о кубинских революционерах в СССР? Знали все! А ещё все были твёрдо уверены, что так, как написано у Братьев, так всё оно и будет! Будут межпланетные перелёты, будут интернаты с талантливейшими и гуманнейшими учителями, будут врачи-волшебники заново воссоздающие искалеченные тела геройских зведопроходчиков, будет Мировой Совет с теми самыми учителями и врачами в президиумах, будет всеобщее благоденствие, осмысленность и благоустроенная планета. Мир Полудня. Полдня XXII века. Потом Братья откажутся от своей утопии, не сразу, постепенно, они даже будут стесняться своих первых миров, но мы, наше счастливое коммунистическое будущее, так и будем называть «Мир Полудня».
Прошло сорок лет. Те, с кем я читал, мечтал и верил, стали немолодыми дяденьками. Кого-то уже нет в живых, кто-то бизнесмен (капиталист!), кто-то занимается рекламным бизнесом, нахваливая тот звёздно-полосатый образ жизни, кто-то навсегда уехал в тот «гнилой» мир… Космические корабли по-прежнему летают в основном не дальше орбиты Земли, профессии учителей и врачей не самые престижные, а в Мировом Совете учителя и врачи, увы, не заседают. Звездно-полосатый мир всё гниёт и гниёт, и конца-края не видать, скорее уж мы все сгинем или утонем в тряпках, девайсах, тачках и прочей тленной суете. Господи… Кого Ты хочешь наказать, того Ты лишаешь разума.
И только Куба… Да-да, только Куба осталась со своей коммунистической романтикой!.. Ни Китай, ни Северная Корея, ни Вьетнам. Именно Куба. Вечно молодая, вечно романтичная Куба. Правда ли? Надолго ли?

Идея нашей поездки на Кубу родилась, как у нас и принято в семье, спонтанно, совсем неожиданно. У нас всегда так: собираемся в одно место, а едем в другое. Во многом направление и направленность поездки определяет сезон. На календаре декабрь. В Северном полушарии зима. Значит, надо в тепло, к морю, к ласковой тёплой волне, апельсиновому солнцу, вечной зелени, цветам, фруктам, туда, где живут нормальные люди, а не такие, как мы — гипербореи.
Сначала мы придумали ехать в Сингапур. Тепло. Познавательно. Нескучно. Город будущего. Три дня там, неделя в Малайзии на пляже. Но что-то нам не понравилось, я уж и не вспомню, что.
Потом была идея про Вьетнам… Но кто-то нас отговорил: «Скучно там», — сказал кто-то. И мы поверили. Наверное, зря, но уж так вышло.
На Гоа мы бывали. В Таиланде тоже. Бали ругают давно (хотя ругань - это ровным счетом ничего не означает). Занзибар далеко. Египет холодно…
И тут моя Валико выдала: «Куба!»
Хм… Куба. Куба в моей жизни как-то то появлялась, а то исчезала. В детстве и в юности это была страна героев и революционеров, далёкая и недоступная… Кажется, легче себе было представить, что станешь космонавтом, чем долетишь до Кубы… Кстати, помнится, туда заплывали наши подводники. А может, и не заплывали… А ёще были сигареты, ром и тростниковый сахар, так Куба расплачивалась с СССР за безграничную поддержку. Сигареты по нашим меркам были совершенно, ну абсолютно невыносимые — курить в затяжку их было невозможно. Как-то старший рассказывал историю, как в своей студенческой молодости работал в стройотряде где-то в деревне Томской области, и сам оттуда выбирался, нужно было что-то срочно досдать. Ехал поездом, а из курева в дорогу удалось купить только Протогас, были такие кубинские сигареты. Старший знал (может, даже из Хемингуэя), что курить кубинские сигареты, как и сигары, нужно не в затяг, но он так же знал, что другие этого не знают. Когда к нему подошёл крепко сбитый, похожий на деревянный табурет, сибирский мужик и стрельнул закурить, брат впал в задумчивость, жалко было мужика, но потом всё-таки достал пачку, мужик выглядел сурово, и, встряхнув пачкой, выбросил сигарету. Сибиряк неуклюжими черными пальцами извлёк её, размял, собрался по привычке продуть, курил, видимо, папиросы, но передумал и потянулся подкурить. Брат чиркнул, мужик затянулся… Всё же он чуть не умер. Полминуты он не мог не вздохнуть — ни выдохнуть и только слёзы ручьем катились из глаз никогда не плачущего работяги. Когда через пару минут он наконец-то пришёл в себя, то выкинул сигарету в окно и умчался в вагон, проклиная вслух и про себя паразитов студентов, что так нагло надсмехаются над рабочими классом. Так зарождаются классовые противоречия.
Сам я тоже пару раз пробовал кубинские сигареты, но по тем временам куда лучше и «вкуснее» были болгарские, югославские, да хотя бы и наша «Ява», или «Космос», или «Столичные».
Ром в СССР тоже не пошёл. Цена у него была, как на коньяк, запредельная, но был он совсем не коньяк… А ещё бутылка литровая… С пол-литрой наш народ до мельчайших подробностей знал что делать, а что делать с литрой? И вообще, лучше водка!
Оставался тростниковый сахар, чай мы пили все. Были какие-то глупые разговоры, какой сахар слаще «наш» или «их», но и всё…
А, нет, не всё!
Были Фидель и Че! И мы все их любили... А еще много кубинцев приезжало в Союз учиться. Они влюблялись, в них влюблялись, — как не влюбиться в такого красавца, почти испанского гранда? — заводили детей (наши, которые работали на Кубе, тоже не отставали), скрепляя дружеские связи родственными. Но всё это происходило где-то в столичных городах, у нас в Самаре (тогда Куйбышеве), совершенно, абсолютно, напрочь закрытом городе, кубинцев не было.
А потом случились 90-е. И мы предали Кубу. Но нам тогда было на это наплевать, нас самих тогда предали (так думали мы), и нам на долгие пятнадцать-двадцать лет вообще стало ни до чего. Как там жила Куба? Что делала? Мы не знали.
В 2008 сотрудник моего отдела поехал на Кубу, и я уже предвкушал рассказы о далёкой экзотической стране, но он арендовал там новый автомобиль (кто его надоумил арендовать новый автомобиль?), и тут же угодил в историю с угоном, битой машиной и кровью на лобовом стекле. Пока он с товарищем отдыхал и развлекался в отеле, арендованную машину угнали и разбили. «Палыч! — взывал он, подвывая в телефонную трубку, в два часа ночи по Москве, — Палыч, положи деньги на телефон. И свяжись с посольством, Палыч… Нас тут посадили в тюрьму!» Ром, который он оттуда привёз в качестве благодарности, «Гавана Клаб 7 лет» к моему безграничному удивлению оказался весьма недурён. Неожиданно недурён, прям-таки совсем-совсем недурён. Тот, в СССР-е, я точно помнил, пить было невозможно. Другой что ли он был? А сотрудник всё рассказывал и рассказывал страшные истории, а я кивал и кивал, но толком не слушал, на Кубу я уже не собирался.
И вот спустя десять лет собрался. Наслушался кубинских историй в Сигарном клубе и, поддавшись «воле пославшей мя жены», таки собрался, с «пославшей мя» женой.
«Палыч! Ты же не пьёшь, Палыч! И не куришь! Нахрен ты туда едешь?» — взывали к моему разуму друзья-товарищи, но я лишь пожимал плечами, прекрасно понимая, что аргумент «мне интересно», абсолютно никому не интересен. Вот если бы я ехал за секс-туризмом… Тогда да. А так… нет! Чего там смотреть? Пустые полки что ли?
Есть у меня два хороших знакомых, которые боготворят Кубу. И он, и она уже были там раза по четыре и при случае собираются ещё. А вот этого и я понять не мог. Мы с Валико культивируем идею: два раза в одно место не ездить — и так времени мало.
В общем, мы сами не знали, зачем мы туда едем…

ВАРАДЕРИАНСКИЙ ДНЕВНИК

05.12.18

Первый день на Кубе. К вечеру состояние какое-то неопределенное, разбитое, и в голове крутится предательская мысль: «А может, ну, его? Может, хватит уже? Может, пора сесть на попу ровно?» А ещё у Валико разболелся желудок. Впрочем ничего удивительного нет — новая вода, новая еда (надо сказать не очень здоровая), новый жизненный режим, а ещё солнце, активное тропическое, хотя с этим нам сегодня повезло, солнце было только до полудня, потом пошёл дождь. И это точно хорошо, а то бы совсем сгорели.
Прибыли вчера в полдень по-кубинскому времени (на 8 часов отстаёт от московского), после тринадцати часов перелёта, обалдевшие, ошалевшие, невыспавшиеся. Получив багаж и миновав торговые столы с сувенирами, — столы установлены так, что перекрывают проход к автобусам, эдакая, первая пробная пристрелка по туристам, вдруг они офигевшие от перелёта накинуться покупать всю эту сувенирную мишуру, —  мы расселись по автобусам и поехали в курортный отель. По дороге гид-весельчак (кубинец) пытался растормошить, но народ реагировал вяло, перелёт дался нелегко.
От аэропорта Варадеро ехали минут сорок, мимо нефтяных вышек с китайскими и российскими флагами, мимо скважин, и, если бы не пальмы и море, можно было бы представить, что и не выезжали из России, и мы где-то в Сибири или Удмуртии. К двум доехали до четырёхзвездочного «Memories». Фойе и лобби - приличный вид, колониальная архитектура, много пространства, много тени, много подвижного воздуха… Chek-in. Фиолетовый браслет на руку. (Где такое было последний раз? В Египте кажется… В 12-м.) Электрокар до «бунгало».
Нам достался номер в одном из самых дальних уголков отеля, прямо-таки в глухомани, Валико даже расстроилась. Но это, конечно, я виноват. Надо было «сунуть», а я «совать» не умею. Морда что ли у меня такая? Сколько не сую, всё одно селят в задницу. Хоть в Таиланде, хоть в Египте, хоть на Канарах. Или с видом на задницу… Вот и здесь, никогда такого не было, и снова случилось. Первый этаж с видом на забор из панцирной сетки соседнего отеля, и это ещё притом, что в ваучере было написано заветное «luxury» (интересно, а какие у них тогда для нас «стандарты»?). Однако, нужно отдать должное: номер не маленький; кровать огромная; телевизор тоже — кинескопный; журчащий, как Ниагарский водопад, холодильник в столе и стальная штампованная ванна в огромной ванной-туалетной.
Взглянув на всё это… на упавшую духом Валико, я понял; если что-то срочно не придумаю, первый день будет жёстко и безнадёжно потерян. На часах была половина четвёртого, солнце высоко, до заката ещё часа два, воздух тёплый, даже жаркий, и я предложил: «Купаться?». И даже первый день мы провели с осмысленностью курортников.
Атлантический океан, небольшая волна, вода +25. Мы даже немного подгорели (тропическое солнце на наши бледные тела действовало обжигающе).
А сегодня… Сегодня до непонятных облаков, которые вдруг затянули небо, мы снова успели и покупаться, и я даже успел нырнуть у берега (серо и пусто), и прогуляться по берегу на восток, фотографируя пляж, людей, яхты, куликов-ржанок и пеликанов. Удивительно много пеликанов, когда они летают тройками или четверками, то их действия настолько слаженны, ни дать ни взять «Стрижи» с «Витязями».

А ещё (утром) мы встречались с нашим главным отельным гидом, он самозабвенно врал, куда нам лучше поехать всем отелем, мы слушали, но — мы противные ренегаты (или попросту гады) связываться с коллективными экскурсиями не хотим. Мы пока ориентируемся на Беатрис, с которой я по случаю списался ещё в Москве, просто так, на удачу. С ней мы 7-го едем в Гавану.
С открытками (традиций я не нарушаю, отовсюду отправляю открытки своим друзьям и знакомым) оказалось всё просто: в отельной сувенирной лавке купили и открытки, и марки (продавец их тут же приклеила, клеящегося слоя на них, как в Иране, нет). Сегодня вечером я их подпишу и, завтра утром брошу на ресепшене, как бутылку в море.
Ах, море… Море тут теплое, песок белый, темнеет рано и быстро, как положено в тропиках. И луна у них, как лодочка!

А ещё… а ещё сегодня у Валико день рождения, а интернет по карточкам и совсем не быстрый. Ужас какой!

06.12.18

Вчера с желудком маялась Валя, сегодня мой день.
Точнее, сегодня — не мой день.
Утром после кофе внутри что-то сломалось (я-то знаю «что»…). А Валя ещё предупреждала, смотри, мол, черный кофе натощак… дома пьём не такой, он мягче, он лучше… Но я упёрся... Ещё я рассчитывал, что он меня встряхнёт. Его сварили в баре на лобби… И впрямь горький,  даже очень горький… (вроде бы кубинцы такой любят). Ну и получил я, как говорится, не отходя от кассы.
А ещё погода! Ветер со вчерашнего дня не утихает, на море мы не пошли, завалились возле бассейна. Я было сбегал к морю, глянуть, (зря что ли ехали?!), но было волнительно и бурливо. Пока бегал, повстречал ящериц, закручивающих себе хвост на вроде лайки, они выбирались на камни под солнце и грели кровь… Нам тоже не мешало бы прогреть нашу северную кровь, но было совсем не жарко... И тогда после обеда мы придумали уехать в Варадеро, главный город курорта.

Советский Союз. Советский Союз глазами зарубежных гостей. Магазины с пустыми полками. И вообще, и всё, и кругом. Хотя нет… Не всё.  Извозчики. Их, как и ретроавтомобилей, удивительно много. Уже научились обманывать ни как при социализме, а как при диком, при дичайшем капитализме, т.е. не на 10-15 процентов, а сразу в два, а то и в пять раз. Пустые магазины, извозчики, общая неустроенность… и на обратном пути, уткнувшись лбом в стекло автобуса, я снова думал, а может нефиг мотаться, дома сидеть надо и лишний раз не расстраиваться. Везде одинаково. И курорты, и люди… И не денег жалко, а отвратительно само отношение, будто ты кошелёк на ножках.
Кондуктор на трёх языках (испанском, английском и русском) объявлял в автобусе остановки, туристы: русские, канадцы, немцы входили и выходили, а я всё сидел, уткнувшись в стекло, наш Мемориз почти на самом краю полуострова.
А может, и неправ, а просто организм барахлит и нагоняет мрачное настроение… А ещё… Я вспомнил, как работница туалета попросила меня обменять два евро на конвертируемые песо — «куки», и когда у меня нашлось кубинских денег только на полтора евро, с радостью согласилась. На евро-то ничего не купишь, а на куки… Ба-а-а-а… Это же золотые деньги! Как чеки! В наших «Берёзках»!
И тут я осознал, что Куба крепко напрягается, чтобы накормить туристов. А я утром ворчал, что и выбор небольшой, и подают не то, и не того качества… Черные птицы огромной стаей сидели на люстре в обеденном зал, покаркивая. Время от времени то одна, то другая птица срывалась вниз и планировала на тарелку с едой. Клюнув пару раз, они утрачивали интерес (что искали-то?), и возвращались на люстру. Удивительно невоспитанная птица, а персоналу хоть бы что! Никогда такого не видел. Зовут эту птицу «тоти»… Страна напрягается, а тоти и персоналу до лампочки.


07.12.18

День Гаваны.
В восемь у отеля нас забрало такси, обычное такое жёлтое такси с шашечками. Нам на выбор предлагали обычную машину или ретроавтомобиль. Но мы не романтики… Только сели и сразу заклевали носом. Ложимся рано — встаём рано, но всё равно хочется спать. Джетлаг не отпускает.
Через час сделали остановку на мосту Бакунаягуа. Красивый, рассечённый рельеф, пальмовая долина, парящие в небе грифы и мост.

Мост этот, даже не через реку, он через ущелье. На стоянке у смотровой площадки пара десятков ретроавтомобилей. Всё-таки Куба — почти сплошные ретро автомобили. Между прочим! Некоторые из них, как нам рассказал наш водитель( он немного говорил  на английском), на Острове стоят аж 60 тысяч евро! (у них даже наш «москвич» десятку тянет). Ещё через час доехали до Гаваны.
Беатрис нас ждала на площади «13 марта». Я писал, об экскурсии в Гавану с Беатрис мы договорились ещё из Москвы по электронной почте. По прибытии мы с ней пару раз созванивались с переговорного пункта отеля. На Кубе есть мобильная связь, вот только почему-то никто мне не посоветовал купить местную карточку, и мы звонили с обычного переговорного пункта. Другой современный способ общения — электронная почта возможна, но почта есть почта, а on-line месседжеры, как я понял, на Кубе не особо распространены, то ли нет дешёвого 3 и 4G-покрытия, а может и есть, но тогда должна быть какая-то другая веская причина, удобно же. Впрочем, нас on-line месседжеры не особо интересовали, мы «сидим» на карточках интернета: 1 кук — 1 час и интернет доступен только на территории отеля (в других местах, карточка не работает, нас предупреждали). Разными способами мы всё-таки списались-созвонились и наш замечательный кубинский гид с очень символическим именем Беатрис (путешественница) провела нас по всему историческому центру, и он, центр этот, меня сильно впечатлил.





Ха! Оказывается, я не готов был увидеть такой большой, такой интересный, с такой богатой историей город. (Интересно, почему? Смотрел же «Крёстного отца-2»). А ещё, оказалось, что Гавана — настоящая, самая что ни на есть, настоящая столица, и если её привести в порядок, так и вовсе залюбуешься. Кубинцы и приводят. Знаю-знаю, кто-то злорадно скажет, мол, Капитолий у них в лесах с революции. Да, давно. Но сегодня есть бóльшая опасность —  грядёт «перестройка». Она уже чувствуется. Она уже стучится в дверь! молодежь, особенно чёрная, уже ведёт себя чересчур свободно, разгуливая и танцуя полуголыми с бумбоксами на колёсиках (само по себе явление не страшное),  множество кубинцев толпятся возле испанского посольства, а люди нашего возраста прибывают в каком-то парадоксальном, загадочном состоянии, рассуждая о какой-то левизне, о каком-то изменении политического курса, о поправевших функционерах. Да, не поправели они, камрады! Обуржуазились! Они уже готовы к предательству. Посмотрите, не гребёт ли товары первый секретарь комсомола, только успевай подносить? Если гребёт, то ждите. Такое начало «перестройки» было и у нас. Кто там у нас тогда вылупился? Люди вроде М. Ходорковского, вот кто. Это они -продукт «перестройки» в моей стране. Они её и предали. Да, конечно, это моё личное мнение. Имею право! А ведь то был резерв партии, комсомольцы. Но они уже тогда были реалисты, это мы пребывали в утопии «Полудня». Неужели теперь всё повторится ещё раз у вас?
Но Гавана красива. Бывшие дворцы диктатора, бывшие гостиницы мафии.

(Мафиози — люди богатые, часто итальянского происхождения, и им совсем не чуждо чувство прекрасного, впрочем, как и нашим парням с Рублёвки). Дворцы сахарных, табачных и ромовых королей, Капитолий, порт, храмы (не действующие, работающие как музеи), кафе, бары… «Здесь Хемингуэй пил дайкири… Тут в Гаване самое лучшее дайкири» «А сюда великий Хэм приходил пропустить парочку мохито. Попробуйте, отличное мохито!» Ну, во-первых, великий Хэм не пил мохито, он был диабетиком, а во-вторых… А во-вторых, есть мнение, что в конце концов он умер от всех этих замечательных напитков, и сэлфшот, который он устроил себе из любимого ружья, всего лишь конкретный способ покинуть бренный мир. Но теперь все туристы обязательно идут по тропе Эрнесто. Здесь великий Хемингуэй сиживал, здесь выпивал, здесь слушал местных заводных певцов. А здесь… А здесь он по-прежнему сидит за стойкой. Бар «Флоредита». Мы зашли туда поприветствовать великого писателя, но к нему, как и положено, было не протолкнуться, он сидел, опершись на стойку, и безмятежно улыбался бородатым бронзовым лицом, «Гуанторамеро» грянули над нашим ухом  местные трубадуры, и мы спешно ретировались, чтобы не оглохнуть. Я очень надеюсь, великий мастер, что Господь простил тебе твой безумный огнестрельный селфшот, а я, грешный, помолюсь за тебя...

У Капитолия нечаянно угодили на свадьбу. Возле центрального Дома бракосочетания, собралось человек двадцать нарядно одетых людей. Молодые, совсем молодые, даже маленькие (маленькая девочка должна сопровождать невесту), старые, совсем старые, почтенную бабушку семейства вели под руки, матриарх неотъемлемый и обязательный атрибут на кубинской свадьбе, без его благословления никакой свадьбы не будет.

Такие бабушки на Кубе ассоциируются с креслами-качалками на балконах и мансардах. Оттуда они, бабушки, внимательно наблюдают за нравственностью, за манерами современной молодёжи (не в телевизор же смотреть?). Беатрис рассказала, что в её молодости процесс ухаживания был совсем непростой (это при том, что Беатрис, как почти вся молодежь, воспитывалась в интернате для молодых коммунистов). Она нам даже показала улицу, а точнее бульвар, недалеко от того местного загса, где происходили знакомства. Девушки и юноши прохаживались по бульвару, обмениваясь записками любовного содержания, иногда выкрикивая, так называемые, «пиропо», особый вид комплиментов в испаноязычных странах, мастерству делать их учит сама жизнь, иностранцу научиться «пиропо» невозможно. И это только начало! Отношения могли развиваться годами… А, впрочем, известно, что на Кубе почти у всех по два, три, а то и четыре брака. Что ещё интереснее, отношения между бывшими супругами сохраняются, как правило, дружескими, даже родственными… У Беатрис…
Кстати, о Беатрис.
Беатрис — женщина очень интересная. Бывший учитель русского (после 90-х наш язык стал на Кубе никому не нужен, Фидель даже запретил публиковать некоторые выступления Ельцина), она сегодня социолог и гид. Замужем вторым браком за полковником. У неё двое сыновей. Старший, как она говорит сама, патриот, а второй эмигрировал через мексиканскую границу в Штаты, и живет там. Страна расколота, как Корея, как когда-то Германия, как когда-то после революции Россия. (Неужели идеи коммунизма так разрушительны?)
Пока бродили, проголодались…
Чтобы не терять времени и не зависеть от особенностей национальной кухни (особенности моего организма не позволяют мне в полной мере насладиться местными пищевыми достопримечательностями) мы обычно берём с собой бутерброды, взяли и сегодня, бутерброды и термос с чаем (пол-литровый термос всегда с собой). Но Беатрис, видя, что мы не собираемся в ресторан, уговорила нас попробовать уличную еду. Валя согласилась, я тоже осторожно куснул, и знаете… чтоб мне остаться без мезима на веки вечные, она у них вкусная, эта уличная еда! И, как показалось, даже не очень вредная. Расплачивались мы куками, при том, что сами кубинцы платили обычными кубинскими песо, и обходилось им это, как я понял, куда дешевле.
Лайфхак: Кубинская особенность — иностранным туристам всё за куки и всё дороже, стране нужна валюта.
«Стране нужна валюта, — сказала Беатрис, — много наших врачей работают за границей, зарабатывают валюту.» Врачи едут в Латинскую Америку и Африку. Медицина на Кубе объект национальной гордости (очень может быть, что кубинские врачи могли бы вылечить и звездопроходцев.) В больницах Острова бесплатно лечатся не только абсолютно все слои кубинского населения, но и беднота из соседних латиноамериканских государств. Конечно, по разнарядке, но лечатся же, бесплатно лечатся. Это очень сильный и правильный ход. Как можно относиться к стране, чьи врачи бесплатно вылечили заболевшего (не дай Бог) родственника? Вот, то-то же! Но есть и трудности, сегодняшний президент Бразилии, большой друг Трампа, кубинских врачей выгнал. «Наверное, пригласит американских» — предположила Беатрис, доедая бургер.
Кстати, в стране нет в достатке своих фруктов и овощей. Нечем обрабатывать землю, и страна сложно логистически объединена, ж/д транспорт почти не работает  —  дорога и подвижной состав пришли в негодность, автомашин мало, бензин дорогой… скорее страна логистически разъединена. Но, есть и надежды: Китай и другие дальневосточные страны готовят Кубу стать перевалочным пунктом для США (хранить товары в Штатах дорого, дешевле складировать на Кубе, когда-то в 30-е прошлого столетия мафия так доставляла алкоголь в Штаты). И Россия готова поучаствовать в восстановлении экономики: реанимировать железную дорогу, поставить сборочный цех КАМАЗов, начать поставку минеральных удобрений.
И, Господи… помоги этому многострадальному народу и Острову…

Хотя с этим… тоже, мягко говоря, трудности. На Кубе процветает жуткий оккультизм, дикая смесь католицизма и черных языческих верований. Сантерия. Такое было всегда… Но что более всего поражает, сегодняшнее Кубинское государство поддерживает эту гремучую смесь, а на инициацию едут и американцы, и европейцы, и, что уж совсем через край — русские. Только бы не своё православие! Только бы не наши попы! Будем танцевать под пальмами без штанов, но только бы не попы! Прямо фобия какая-то…

08.12.18

Около часа ночи услышал, как кто-то шкрябает, пытаясь открыть нашу входную дверь. Отчаянно пытается! Уже минут десять. Помятуя, что на Острове ни маньяков, ни убийц нет, даже ночью можно гулять без газового баллончика в кармане (врут, наверное), я решил открыть и посмотреть, кто это у нас там шебуршится?
За дверью стоял молодой, в меру упитанный, в приспущенных шортах, в майке наизнанку и лихо сдвинутой на бок бейсболке в зюзю пьяный канадец. Почему я решил, что он канадец? Ну… как они сразу узнают нас, так и я сразу определяю англо-саксов. Люблю их. Очень. Я всегда любил тех, кто запросто может навонять в толпе, а потом больше всех возмущаться: «Эти русские свиньи…— пылая праведным гневом, кричат они. — Это они! А впрочем, Карфаген должен быть разрушен!»
Я ласково нахмурился и гаркнул: «What’s problem?! Fucking shit!» Увидев перед собой соотечественника Баширова и Петрова (сразу узнал!), канадец моргнул, рефлекторно сглотнул и тут же ретировался, бормоча: «No problem, sir… sorry! No problem…» Конечно, нет проблем… Какие могут быть проблемы? Мы все люди в этом мире.
Ночью заходил канадец, а утром заявился пятисантиметровый таракан. Но этот хотя бы местный. Он вообще зашёл узнать, куда подевался его друг сверчок? Он же ещё не знал, что сверчок временно переселился на полевые квартиры, третьего дня я его торжественно вынес из номера, аккуратно спеленав в полотенце. Таракан не верил и утверждал, что договаривался, что помнит, что не придумывает, при этом, как сумасшедший, метался из угла в угол, под кровать, под стол, в ванную, ища своего друга. К поискам живо присоединилась Валико. Весело перепрыгивая с кровати на стул, она радостно кричала и звала принять на праздник то ли сверчка, то ли обслуживающий персонал. Я наблюдал всё это и понимал… пора заканчивать затянувшийся праздник. Ударом всё того же полотенца, таракан был оглушён, и с не меньшей помпой, чем сверчок, вынесен в коридор.
Утомившись от перманентного сабантуя, я решил пробежаться по ещё влажным отельным дорожкам, — на рассвете, как положено у моря, на траву и грунт выпадает роса. Бегал с бобиком, он пристал ко мне около столовой. На территории отеля кроме ящериц, тараканов, сверчков и всяких птиц живёт пара собак и пара кошек. Это нормально. В Индии, помнится, жил ручной геккон, прогуливающийся на своих лапках-присосках по стёклам; в Таиланде к нам на свет залетал длиннокрылый таракан; а в Австралии каждое утро под окна прилетала стая белоснежных какаду, и это, я вам скажу, то ещё развлечение…
После завтрака, наконец-то успокоившись, мы пошли загорать. Купаться снова было не комфортно, снова по океану разгуливали барашки.

Крупные такие… Мы нацепили противокоралловые тапочки и пошли гулять. Сегодня гуляли на запад. Не всем барашки помеха, метрах в ста от берега на воде качался одинокий пеликан. Мне вспомнилась красивая легенда про эту необыкновенную птицу: давным-давно верили, что пеликан кормит птенцов своей плотью. Виноват их мешок, древним казалось, что из него пеликан достаёт не рыбу, а сердце. Заблуждение рассеялось, но и сегодня пеликан —  символ педагога, настоящего педагога, наверное, какими должны были быть в «Полудне». Интересно, есть ли сегодня такие, «отдающие свою плоть» учителя?

А вообще, со вчерашнего дня у меня было очень неопределённое чувство. Я шёл вдоль берега, искал чем-нибудь примечательные ракушки, и думал: случайно ли я в Шарике купил «Скотный двор»? (К своему стыду, я его до этого не читал.) Господи, почему же ты так не любишь коммунистов? Чем они тебе так не угодили? Хотя о чём я? Безбожники же. Активные безбожники, разрушители храмов и церквей, гонители верующих. Их прекрасная идея равенства и справедливости замешена на сатанинском эгоизме и гордыне. А ещё на крови. Башни… Всюду вавилонские башни. А, впрочем, что это я на коммунистов-то? У капиталистов что ли лучше? Господа… товарищи… А люди, а как же народ? Народ-то как? Кормовая база что ли? «Скотный двор»? А тогда кто вы?
Вечером созвонились с Беатрис. Завтра едем на Карибское побережье в Бухту Свиней. Посмотрим, что там и как. Знаковое место для Кубы. И не только для Кубы.

09.12.18
Сегодня узнал, чем здесь закончился «Полдень».
В Бухту Свиней нас вёз друг Беатрис, Николас, бывший государственный директор государственных заводов, нынешний директор (владелец?) кооперативного таксопарка и кооператива по аренде автомобилей. (Нарождающийся класс собственников?) А ещё… он — выпускник РКИИГА. Рижского Краснознамённого института инженеров Гражданской авиации. Был такой замечательный советский вуз, которого больше не существует, Латвии не нужна никакая авиация: ни военная, ни гражданская, их абсолютно бесплатно, за просто так, за их прекрасные голубые балтийские глаза будут обслуживать и охранять немцы, французы и прочие англо-саксы. Так им обещали. И они поверили. Их право. Но я отвлёкся…
Так вот, а ещё у Николаса дети в России. И он недавно туда ездил, а это совсем не средние кубинские деньги… Не-е-е-ет… совсем не прост наш Николас. Как же он оказался у нас в гидах? Думаю, Беатрис, за неимением свободных гидов, по-дружески попросила его отвезти нас, а он просто по-дружески согласился.
Он приехал на жёлтом такси с личным водителем (директор же таксопарка).
По дороге мы как обычно кемарили, пятый день, а мы всё никак не войдём в ритм, а ещё бездомные канадцы с тараканами шляются.  Николас не стал нас будить, он просто стал рассказывать на русском о том, мимо чего мы ехали. О плантациях манго, апельсинов, бананов, ананасов (оказывается всё это есть!), о том, что всего этого ещё вчера не было, тридцать лет назад весь Остров был засажен сахарным тростником, и работало более 600 сахарных заводов. Но потом цена на тростниковый сахар упала, и теперь тростник выращивают только для собственных нужд. На сахар и ром. Сахарных заводов теперь всего 40, а землю отдали под другие культуры. Но за сотни (за три сотни!) лет земля высосана монокультурой до донышка. Нужны удобрения. Много удобрений. И теперь Куба…
Николас рассуждал как человек… государственный, обличённый властью, способный принимать государственные решения. Ну да, директор же…  Но всё равно дежавю. Перманентное ощущение, что попал в конец 80-х. Наши люди, включая советских директоров, в те достославные времена «перестройки» вот точно так же, как Николас рассуждали: что надо ещё что-то подправить в экономике, что-то немного изменить в управлении, добавить ответственности, и тогда…  И тогда… Где они? А меж тем по дороге начали встречаться однотипные мрачные, серые, пятиэтажные коробки. Брошенные. Я спросил, и Николас грустно ответил: «Интернаты для детей средней и высшей школы». Здравствуйте, школы «Полудня»! Вот вы какие. Это здесь должны были воспитывать будущих звёздопроходцев… Трудовое воспитание рулило на Кубе в 70-е, 80-е и даже 90-е. Рулило, да не вырулило. «Полдень» быстро кончился. Закатился. Как-то защемило внутри…

Через два часа появилось Карибское море. Синее, красивое, теплое. Нырнуть там не то чтобы просто, а очень просто. Черные парни за 25 куков сдают в аренду снаряжение и позволяют (под их присмотром) подайвить в бухте с берега. Плавали минут пятьдесят. Коралловый риф. Как всегда, красиво и немного таинственно. Но всё же той красоты, как на Красном море, я снова не увидел, пока Красное море вне конкуренции. Но мы заглянули в затонувший американский десантный катер. Прямо здесь в далёком 1960-м американцы пытались высадить своих командос, и заслуженно получили по рогам. Теперь в отверзших, заросших травой и кораллами люках, в глубине и темноте трюмов тихо шевеля своими растопыренными плавниками и жабрами висели в солёной прозрачности полосатые крылатки, а на дне трюмов покоились кости гордых властителей мира, англо-саксов (а даже если и не покоились кости, то точно покоилась их гордость, их честь, их гонор, «honor», как они сами её называют).  А прозрачность тёплая, спокойная, даже безмятежная, словно никогда тут ничего и не происходило.
Выбравшись на берег, я подумал, хорошо было бы нырнуть в пещеру (провал), в ста метрах от берега, её нам показал Николас перед дайвом, вот где должна быть настоящая красота! Но туда не пускают. Сдав снаряжение, мы с Валико ещё немного поплавали с маской, а потом стало людно, приехал целый автобус туристов, и мы уехали.

На обратной дороге остановились на Плайо Ларго, искупаться. Удивительно, но вода там, как на Волге, зеленоватая и какая-то совсем не солёная. Видимо в море идёт смыв с великих болот Сапата. Пока мы купались, Николас на берегу болтал с местными полицейскими, те по какой-то надобности подъехали на УАЗике. За день Николас ни разу не зашёл в море, хотя вроде бы жарко. Но кубинцы в декабре не купаются — зима же! Он это комментировал хохоча, уже в такси. Сам он очень хорошо понимал русских, тем более, в ноябре 15-го, когда он приезжал в гости в Россию к своим уже взрослым детям, он как-то пытался искупаться в Балтике, в ледяной Балтике.
Недалеко от пустынного пляжа в деревенском придорожном кафе нас накормили. Четыре блюда из набора «мясо-рыба-крокодил-птица-креветка-лобстер», в зависимости от сезона. Нам достались: курица, рыба, креветки и лобстер! Всё по-домашнему, всё по-деревенски. На огромных таких блюдах! Разбираясь во всём этом разнообразии, я вспомнил, Беатрис говорила, что страна ещё совсем недавно голодала. Слава Богу, видимо это в прошлом. Одолеть всю еду мы не смогли, но и надеюсь, она не пропала, семья у владельцев кафе большая, пока ели, я насчитал троих детей. Между прочим, такая большая семья на Кубе сегодня редкость, страна стареет, и пенсии (наш больной вопрос) у них давно с 60 и 65.
И снова интернаты, тягловые лошади, брички, продажа фруктов и овощей на дороге из-под полы… Ощущение, что всё это где-то я уже видел. А ещё стало понятно, почему Беатрис говорила про дефицит овощей в Гаване. Да, растят. Да, выращивают. Но отвезти не могут, как уже писал, нет нормальной логистики, нет грузового транспорта. И пассажирского тоже нет. Впрочем, возможно, ещё и нет ответственности за свою работу, за результаты труда, сам смысл труда утрачен. И непонятно, будет ли обретён? В России, кажется, его так и не нашли.
На подъезде к Варадеро завернули в городишко Карденс. Водитель хотел завезти апельсины и картошку, купленные по дороге, домой. Мы,  вдруг всполошившись, (не могли на дороге что ли?) и вспомнили про зелёные кислые ананасы, которые нам подавали в отеле. Водитель вздохнул и нашёл городскую овощную лавку, где нам продали пару «еловых яблок» за один кук. Только их подали в автомобиль, салон сразу наполнился сильнейшим, вкуснейшим, фруктово-кисло-сладким ароматом. (Они и на вкус оказались куда лучше тех, что подавали в столовой). Откуда такое чудо, удивился я? Николас объяснил, что в отеле свои, отельные поставки, а потому кислые. Потому, блин, почему?!
Мы ехали по Карденсу, население красило дома под Рождество, очень может быть, что через пару недель город будет не узнать. Но потом будет жаркое дождливое лето, осенние шторма, и к новому Рождеству нужно будет опять всё перекрашивать…
Поездка неожиданно сблизила нас с Николасом. Я читал, что кубинцы очень открытый и очень дружелюбный народ. А ещё Николас учился в СССР, в РКИИГА, и возможно поэтому он немного скучает о русских, а мы с братом долгое время тесно сотрудничали с кафедрой «Радиотехники» РКИИГА, и это тоже навевало мне дополнительные дружеские флюиды. Странные петли плетёт нам наша жизнь.
И вот ещё… Так дальше дело пойдёт, кубинцы растопят во мне мой славянский гиперборейский лёд, полюблю их! Ох, полюблю!

10.12.18
Нет, не полюблю я кубинцев, и не уговаривайте…
Шестой день на Кубе, и в этот день мы познакомились с кубинской «маньяной».
(«Маньяна» — mañana — завтра, ближайшее будущее. В испаноязычных странах туристам известна в нарицательном смысле, в смысле: «никогда», «после дождичка в четверг», «когда рак на горе свистнет»)
Всё началось часа в два ночи. Внезапно отключилось электричество. (Уже утром выяснилось, отключилось только в нескольких номерах, в том числе и в нашем. Может быть даже «выбило пробки».) Обнаружила это Валя, когда без света стала биться в туалете, как летучая мышь. О такой незадаче (проблемой назвать, пока язык не поворачивался) я доложил во время пробежки. Забежал на ресепшен, по телефону звонить не рискнул, по телефону нужно на испанском, а тут и на английском «твоя-моя»… После пробежки пошли купаться (сто лет не купался на рассвете!). Пока плавал в море, всё волновался, вдруг придут налаживать электричество, а нас нет, неудобно получится. Рядом плескалась ещё одна пара, тоже, по-видимому,  русские. А то, кто ещё? Канадцы что ли? Боясь пропустить интересное, мы по-быстрому выбрались на берег, оставив наших соотечественников, торопливо вернулись в номер, и… электричества не застали.
После завтрака я вновь решил о себе напомнить. Вылизанный, какой-то не в меру лощёный мальчик с ресепшена отправил меня в очередь к «кастомеру», так и сказал: вон, мол, «кастомер», идите к нему, он решит все ваши проблемы. К «ксатомеру» уже скопилось человек пятнадцать, притом, что у ресепшена, кроме мальчика стояло и скучало ещё четверо работников вместе с той сеньоритой, которой я ещё ранним утром подал заявку. «Мы пошлём к вам кар», — помнится, обещала она. Ага… Послали.  
За десять минут стояния (всё это время я себя накручивал, как же так… у нас нет электричества, а им по фигу, стоят вон, усмехаются, мне даже показалось, что этот гадкий мальчишка, рассказывая что-то своей напарнице, как-то особо нагло поглядывал в мою сторону и ухмылялся), за десять минут стояния я вскипел до нужного уровня, крышку сорвало, и пошёл орать на этого гнусного мальчишку. Сею секунду же на мой крик примчался шестой, старший и клятвенно стал обещать, что вот прямо сейчас, не успеем мы вернуться в номер, всё исправят, он даже принялся куда-то демонстративно названивать… Или он всего этого не говорил? Или мне показалось? Испанский-то я не знаю. Мы махнули рукой, будь, что будет, и уехали в супермаркет, за кофе и ромом.
Если уж день не задался, то ничего хорошего не жди. И в супермаркете нас как-то очень быстро обсчитали на пять евро, я даже рассмеялся, как быстро.
Ещё один лайфхак вам в копилку:
Есть целая система, как обмануть туриста в магазине: например, не указан ценник на товар (весь товар на Кубе продаётся в государственных магазинах, и везде имеет одну и ту же цену); а на ваш вопрос: сколько стоит, могут ответить завышенной ценой; и если вы не попросите чека, вас обманут.
И, конечно же, это мелочь… Подумаешь, пять евро! И, конечно же, бедным кубинцам больше негде взять денег, а у туристов всё равно их куры не клюют… «Чё, жалко штоль?» Но это уже было не первый и даже не второй раз, а ещё в номере не было электричества, и всем на нас было насрать... Как в России. Социализм у них тут, блин… Хотя обман туристов явление в мировой туристической практике не уникальное, везде так.

От расстройства мы ещё накупили маракасов, бейсбольный мяч и берет с Че в подарок. Не знаю, обманули ли нас ещё или нет, особенно с беретом Че…
Че! Боже мой, я ещё ничего не написал про Че!
Стоп. А что нужно писать про Че, если даже на моём кепи, купленном на Канарах, Че? Наверное, нет, не нужно. Че — мировой кубинский бренд, торговый знак, Че… И тут закрадывается гаденький вопрос: а любят ли кубинцы Че? или торгуют им? Например, как мы Лениным или Гагариным. Как турки Ататюрком… Как торгуют Ганди, Мухаммедом и Христом. Революционерами, космонавтами, пророками, Богом… Sic transit gloria mundi, етить…
Кстати, Че безусловно, конечно, вне всякого сомнения, легенда, но в кубинской революции был ещё третий (или четвёртый), кроме Фиделя, Че  (и Рауля). Камило Сьенфуэгос, но его на открытках и книжных обложках нет, слишком рано он погиб, в октябре 59-го. Но кубинский народ его очень любил. Да-да… «Любил». Снова та самая «глория мунди».
Расстроенные и удручённые обманом, «маньяной» и «глорией мунди», мы плелись на автобус. Жизнь была мрачной, судьба злодейкой, электричества не было… и тут… фр-р-р-р-фыр-фр-р-фыр-фыр… Птичка танцевала в воздухе, зависала, делала кульбиты, переливаясь изумрудно-зелёными цветами радуги. Колибри! Местный кубинский зелёный колибри! Мы были так удивлены, так восхищены, что плохое настроение вмиг улетучились.  Смешно. Мы что же не видели по телевизору колибри? Видели! Но нет! Вот он. Живой, настоящий, жужжит, и, не врут в телевизоре, есть такое милейшее создание, есть такое чудо. Правда-правда, есть!

Но белая полоска была слишком узка, колибри улетел и снова полил дождь. Тут же захолодало. Мы окончательно расстроились и вернулись в отель. А электричества по-прежнему нет! Я вздохнул-выдохнул, успокоился и пошёл на переговоры с горничной. Милейшее создание (как колибри), романтическая девушка-мулатка, она забывала вытереть пыль, но ежедневно писала нам любовные послания: «Dear friends, I hope… I wish… with love…» Но и она не смогла решить нашу проблему (а похоже, это уже была самая настоящая проблема).
И тогда после обеда мы пошли на крайние меры. Мы взяли и нажаловались нашему отельному гиду. Жук он, конечно, хороший, но у него работа такая: не только впаривать бедным туристам «посмотрите налево, посмотрите направо…», но и защищать их интересы.   И наш гид совершил прямо-таки героический поступок, расправив грудь, он решительным шагом направился к стойкам ресепшена и на повышенных стал что-то объяснять забывчивому персоналу. Говорил он минут пятнадцать… Горячо и убедительно говорил… И вуаля! Когда мы уже совсем отчаялись, электричество вернулось в наш дом! Хрипло Ниагарой замурлыкал холодильник, забубнил на испанском телек (из русских каналов только НТВ-Америка). А тут ещё пришли ремонтники, и ни с того ни с сего (об этом мы даже не заикались, чесслово), сделали большое во всю стену сдвигающееся окно, оно у нас еле открывалось. Два весёлых разговорчивых парня с бейсболками, сдвинутыми на затылок, за пять минут всё отремонтировали и ушли. Прям, чудеса какие-то! Что же такого наш гид наговорил?
Теперь мы валяемся дома, а к восьми нам в японский ресторан, один раз за курсовку можно бесплатно посетить тематические рестораны, а их три. Мы подумали-подумали… и выбрали японский. Был ещё итальянский и мексиканский, но мы выбрали японский. Почему нет? Надо было мексиканский? Да ну… Японский! На Кубе только японский. А как же… Мексиканский у них точно аутентичный, даже итальянский возможно аутентичный, а вот японский… На это стоило взглянуть. Ужели они японца к себе заручили? А может быть нашего казаха? Очень интересно.
А завтра Тринидад и Сьен… Сьен… Нет, не помню я название города основанного французами. Название у него, как фамилия того, четвёртого. (Я же говорю, мы его совсем не знаем). Везёт нас туда подруга Беатрис Мария. По тому, как она разговаривала по телефону, у меня сложилось впечатление, что она наша соотечественница. Слишком уж чистый у неё русский… И как истинный русский я из-за этого немного волнуюсь … Знаю я нашего брата, в смысле сестру... В смысле…

11.12.18

…В ресторане нас было десятка два: русских, канадцев, мексиканцев, и нас развлекали. Подкидывали ножи, виртуозно ловили на них яйца, высокохудожественно жарили рис, рыбу, мясо и креветки. Получалось интересно и необычайно вкусно. Повара, конечно, не японцы. Да и откуда им взять японца? На Кубе только китайцы. Хочется спросить: а где их нет? А кстати, откуда они? В Гаване, говорят, есть даже Чайна-таун. Наверное, из Панамы, в начале XX века на строительство канала привезли несколько десятков тысяч рабочих из Китая, и... А, да бог с ними…
Сегодня у нас был Сьенфуэгос (наконец-то выучил название) и Тринидад. Французский и испанский город. Но! В наших поездках, это я уже понял, города и места не главное. Главное — люди: водители, продавцы, повара, гиды: Беатрис, Николас и сегодня Мария.
Мария действительно, я правильно угадал, русская, а может, украинка, но здесь на Кубе это не имеет ровно никакого значения. Тридцать два года она живёт на Кубе, работает профессиональным переводчиком, а совсем недавно стала подрабатывать туристическим гидом. В девятнадцать на свадьбе у подруги совсем юная Маша влюбилась в кубинского военного лётчика и тут же не раздумывая вышла за него замуж, отправившись с ним за тридевять земель. И всё было хорошо… Но в 90-м случилась катастрофа — Советский Союз сдался, и Куба стала никому не нужна. Началась невесёлая жизнь… Теперь она уже бывшая жена бывшего военного лётчика, мать двух детей, старший из которых эмигрировал в Испанию и живёт на Канарах. А сама она, выбиваясь из последних сил, пытается заработать деньги на необходимое, и возможно от того, что у неё славянская кровь, она постоянно пребывает в депрессии.
Вообще мне показалось, что кубинцы куда легче переносят всякие жизненные неурядицы и невзгоды. Креольская кровь и испанская «маньяна». Наш хвалёный русский «авось» тут явно пасуют перед их «маньяной», я им уже даже завидую.

Сьенфуэгос — бывший французский город в красивейшей бухте Карибского моря. Город небольшой и уютный. Мы с Марией гуляли по центру, смотрели на дома с весьма своеобразной архитектурой, густо пропитанной франко-американской колониальной эклектикой, из Луизианы французы те, и… (Интересно, а откуда мне в голову пришла «эклектика»? А точно «эклектика»? Что там у нас в интернете? «Эклектика — художественное направление в архитектуре и изобразительном искусстве, представляющее собой сочетание разнородных стилевых элементов или произвольный выбор стилистического оформления для зданий или художественных изделий, имеющих качественно иной смысл и назначение». Вот! Произвольный выбор разнородных сочетаний… Смесь бульдога с носорогом. Смесь французского бульдога с американским носорогом.)

А вот храм Непорочного Зачатия Девы Марии у них классный… С обалденными, прямо-таки сумасшедше-красивыми витражами двенадцати апостолов.





Спустились в порт. Больших кораблей сегодня не было, оттого там было пустынно, лишь несколько темнокожих рыбаков с пирса лениво ловили рыбную мелочь, намотав на палец леску.

Мы подождали: когда клюнет, но не дождались и вернулись в город.

В целом архитектура в городе даже очень сильно смешанна… Даже эклектики до такой смелости далеко. Например, такие соседи: прямоугольный, как кирпич, четырёхзвёздочный отель 70-х в стиле урбанистического минимализма,  и стоящих тут же, вот прям рядом, «крепость» мавританского барокко, выглядит словно игрушка. Поглазеть игрушку изнутри пускали за 4 кука с носа, Мария объявила бойкот, на прошлой неделе пускали за 2, и отговорила нас. Инфляция? Или очень нужны деньги?
А ещё в городе много студентов, особенно студентов-медиков.
При нас к зданию таможни (порт же) привезли врачей… Поначалу мы не поняли, что происходит, но потом разобрались. Привезли тех самых врачей (видимо, выпускников местного медицинского института), что выгнал тот самый негодяйский Бальсанару из Бразилии. Круговорот врачей в природе. Печальный круговорот. Мы расстроились, сели в машину и уехали в Тринидад.
От Сьенфуэгоса до Тринидада полтора часа езды. Рельеф и ландшафт по дороге меняется, становится разнообразным, исчезают апельсиновые и манговые рощи, появляются пастбища, коровы и горы. Да-да, на Кубе есть горы, невысокие до двух километров, но всё же.

В рассечённом рельефе от английских пиратов прячется Тринидад (не путать с государством Тринидад и Тобаго). Пиратов давно нет, а он всё прячется, заснул, видимо. Как и Сьенфуэгос он тоже не мегаполис, и как Сьенфуэгос он национален, но он — испанец!

В черепице и мостовых, в храмах и антикварных, пардон, сувенирных лавках, с изразцовыми номерами на домах, и с главной достопримечательностью: лестницей, на которой сто пятьдесят лет назад продавались чернокожие африканские рабы. (Не льстим себе, что мы не такие, сто пятьдесят семь лет назад, и у нас вовсю торговали рабами, только назывались они крепостные крестьяне, да и в Штатах только в 1864 году было отменено рабство). Сегодня на лестнице стоят столики, а за ними пьют и закусывают многочисленные разноцветные туристы, делая бесчисленные селфи. История всегда повторяется фарсом. ЮНЕСКО, посмотрев на рекордное количество туристов, объявило город наследием человечества. Я слышал, что подобное объявление сродни проклятию, это такой приговор, реставрации больше не будет, будет тихое догнивание. Ведь реставрировать можно исключительно точно в таком же стиле, виде, концепции, и только после миллиона экспертиз и согласований, а гнить можно и так, без всякой экспертизы и денег. Мы поднялись на башенку и полюбовались на охряные черепичные крыши, на синее-пресинее Карибское море, с высоты тридцати метров его уже хорошо видно, я всмотрелся, не видать чёрных парусов, но, увы... На сувенирных развалах мы купили деревянных: из красного дерева, сандала и кубинского кедра черепах и кота. Все коты на одно «лицо», с эдакой удивлённой мордой, очень возможно, что выражение было утверждено высокой комиссией по культуре при ЦК КПК. Шутка. Но у нас и такое бывало.





В общем и целом, в дороге мы провели двенадцать часов, с 7 до 7. Пару часов у «французов», пару у «испанцев», остальное дорога. И на этой дороге мы пережили замечательный, просто умопомрачительный закат. О таком Руди Бест рассказывал Мартину Вурлитцеру. Красное с оранжевым и золотым в обрамлении пальм, парящих грифов и перистых облаков… Мы так залюбовались, что едва не сбили грифа, который спикировал нам прямо под колёса за раздавленной пичугой. Гриф птица серьёзная, тяжёлая, если бы он влетел нам в стекло, мало не показалось бы. Удивительно много этих красноголовых падальщиков в небе Острова Свободы...
Часть дороги совпала с дорогой из Плайо-Ларго. И снова поля, снова манговые и апельсиновые рощи, снова брошенные интернаты. «Дети в холоде! Воды горячей нет! Еда убогая! Мы с мужем каждые выходные возили сыну еду сетками…» — причитала Мария. Хреновый у них тут был «Полдень». Снова конные брички, снова толпы ожидающих транспорт, любой транспорт, снова крестьяне, торгующие ворованными апельсинами и ворованной картошкой… Вспомнилось: в 81-м на картошке, на разгрузке, водитель нам, студентам Куйбышевского авиационного института имени академика С.П. Королёва, пообещал бутылку водки, если мы оставим ему пять мешков картошки. Мы оставили. Только попросили привезти свои мешки и вместо водки колбасу — очень есть хотелось… А что? Мы тоже репетировали «Полдень».
Уже потемну навстречу попалась машина с пьяным водителем, еле увернулись. Интересно, кто за рулём: турист или местный? Если местный —совсем плохи дела, уж лучше пусть турист.
Вернулись уставшие и измотанные. Но что интересно! Не настолько, как после аналогичной поездки в Индии, дороги на Кубе не в пример лучше. А ведь Индия — четвертая экономика мира. А ещё, это тоже рассказала Мария, после осенних циклонов, на Антильских островах почти повсеместно отключилось электричество (теперь понятен их пофигизм с электричеством). Так вот на Кубе всё восстановили за три дня, а на почти американском Пуэрто-Рико по сию пору электричества нет. Вот вам и СыШыА…

12.12.18

С утра «охотился» на колибри. Поставил длиннофокусный объектив, взял наперевес SONY ALPHA и пошёл…
Охота удалась символически. Зафиксировал некое призрачное зелёно-радужное облачко. Зато «подстрелил» бабочку, оранжевую, яркую, как морковка на срезе.

После завтрака докупили сувениров — взяли бутылку женского рома «Легендарио», очень хвалят его кубинцы, и «Саньяго де Куба». И тот, и другой не очень известны в России, что-то там с правами у Бакарди что ли не заладилось. А, может, наоборот, у кубинцев?

Снова пытались позагорать, но на берегу ветер снова гнал волну и выдул все уши, и мы, махнув на неласковое море-окиян, ушли к бассейну, где неутомимыми кроликами из рекламы дюрасель с 10 до 17 ежедневно развлекали публику разноцветные аниматоры («Аррива, авахо, ла сентре, пара вентре!»). Вот, откуда у них столько энергии? И откуда такое вечнохорошее настроение? Под горячие жизнеутверждающие креольские звуки мы еще часа полтора кутались в полотенца. Как-то совсем захолодало на Кубе… Зима что ли тут у них… Но раз зима — значит нужно попробовать пинокаладу со льдом! А когда ещё? Мы же катаемся на качелях в тридцатиградусный мороз с примерзшим к руке эскимо, а тут всего-то +20, правда, с ветром.

После обеда мы снова ностальгически отправились к берегу, купаться по-прежнему не было никакой возможности, трёхметровая волна выбрасывала на берег пучки травы морской и обрывки дедовского невода, занесло его... Мы подышали свежими йодистыми соединениями, весьма полезно для нашего изнурённого столичной жизнью организма, и пошли собираться. Завтра улетать.

Только мы открыли чемоданы… и вдруг стало грустно. Это что же, мы привыкли что ли уже? Нам тут понравилось? Как же так? Всё же время было не так! Парадокс! Вот как это называется.
Вечером на лакированном темно-зелёном шевроле, порыкивая тракторным двигателем, приехал Николас с супругой, привёз фруктовые консервы, которые пообещал нам ещё в ту нашу поездку на Карибы. Действительно, таких мы в продаже не видели. Николас рассказывал, что такое только по талонам. Мы посидели в машине, поболтали, сфотографировались на фоне лакированного шевроле, обнялись, пожали руки, пригласили друг друга в гости и расстались.
Всё-таки замечательные они… эти кубинцы. Открытые, весёлые, немного инфантильные, зато искренние и настоящие. Не то, что мы. Мы такими были лет тридцать назад, с поправкой на нашу гиперборейскую неулыбчивость, что делало нас и тогда не особо бодрыми весельчаками. Теперь мы злые, циничные, недоверчивые, во всём готовы видеть обман и несправедливость… и всё опять, с поправкой на нашу национальную гиперборейскую идентичность… Ничего мы, так себе, получились, ага? А главное, винить некого. Всё сами… всё сами. Горбачёвы-Лигачёвы, Ельцины-Гайдары… это всё мы. Кстати, Егор Тимурыч — зять Аркадия Натановича Стругацкого. Помню, мы со старшим братом спорили, что не может быть мерзавцем зять великих Братьев, вот, точно, не может! А ещё потом были письма Бориса Натановича Михаилу Борисовичу (Ходорковскому). Великие сказочники, фантасты, утописты… Мои любимые братья Стругацкие.

13.12.18

День отъезда.
И, как назло, вдруг случилась отличная погода! Это какой-то закон подлости! Почему хорошая погода всегда бывает в самый первый и в самый распоследний день? За грехи что ли наши? И если так всегда именно нам, русским, то как мы тогда заезжаем? Мы вот сегодня уезжаем, а, значит, кто-то заезжает? А может быть это только лично нам?
На пляже рядом устроилась русская пара. Молодые. Сытые. Красивые. Общительные. Хорошая у нас молодежь. И она, молодёжь эта, ничего не помнит из того… из нашего полуденного прошлого. Родились они в аккурат на «закате».
— Вы давно здесь? — намазываясь кремом от загара, — солнце зимнее, но всё же тропическое, —  поинтересовался у нас молодой человек.
— Давно, — кивнул я. — Девятый день.
Бог мой, как быстро пролетели дни…
— И как вам Куба? Нам показалось, Доминикана лучше. Правда, там пиндосы задолбали. На завтрак приходят, кладут на стол десять баксов, и целый день официанты пляшут вокруг них… Мы тут второй день, а…
Я покачал головой:
— Здесь нет американцев. Здесь канадцы. И я не видел, чтобы они разбрасывались баксами, они нормальные. И здесь не любят баксы. А Куба… Куба — хорошо. Даже очень. Интересно. Местами прикольно. Говорят, тут можно оторваться по-полной, но мы… Мы больше, скажем так, познавательным туризмом занимаемся.
— Да и мы… — парень кивнул в сторону жены, — тоже не особо бухаем. Четвёртый месяц у нас…
Я только заметил животик у молодой женщины. А мы тут и с большими видели, да. И тоже наших. Героические у нас тётки. Прямо гордость берёт. Тринадцать часов с животом на борту самолёта. Опять же риск.
— А что тут посмотреть-то можно? — продолжал молодой человек.
— Гавану. Главное, посмотреть Гавану, остальные поездки дальние. А еще надо обязательно смотреть кубинцев… Это вообще здесь самое главное. А валяться на пляже и загорать можно и ближе.  И даже ещё лучше, и даже в Старом Свете. Но другого такого народа, как кубинцы, точно не найти. Смотрите, знакомьтесь, впитывайте…
Я говорил и думал: интересно получается… Сам все дни ворчал, а теперь уговариваю молодежь «впитывать». Вот ведь. Я замолчал и посмотрел на часы: времени около 12, в 14 у нас автобус, в 18 вылет. Пора паковаться в окончательной редакции.
— Впрочем, с «Полуднем» у них тут тоже ничего не вышло… — добавил я, обидевшись и на Кубу, и на себя за непоследовательность.
— Простите, с чем у них не вышло?
— Книга такая... — начал было я объяснять.
— А книга… — вяло улыбнулся он.
Хорошая у нас молодежь. Хорошая. Только книг не читает.
Мы собрали полотенца, майки и пошли домой…




ПОСЛЕСЛОВИЕ

Выводы… Я же должен сделать выводы? Хотя какие могут быть выводы после девяти дней пляжного отдыха? Мы же почти нигде не бывали. Не были в самом красивом районе Кубы Виньялес на западе острова, где выращивают табак, и делают сигары с мировым именем. Не видели Сантьяго-де-Куба, Ольгин, Санта Клара и еще десяток других кубинских городов. Не гуляли по ночной Гаване. Не бывали во всемирно известной «Тропикане», латиноамериканском шоу, которое ни на час не прекращается с тридцатых. Не пили ром, не курили сигар… Да ни фига мы ничего не делали, не видели и не пробовали! И вообще, «Не тратьте время на церкви, правительственные здания и площади. Если вы хотите понять другую культуру, проведите ночь в местных барах» — писал Хемингуэй и безусловно был прав.
Но про эти самые выводы я думаю вот уже почти целый месяц… Не так уж и долго думаю… Но думаю. Думаю так… Думаю по-другому… Думаю про героизм кубинского народа, про истинный, неподдельный героизм, семьдесят лет жить под боком у бешеного медведя, пардон, белоголового орлана, и уже тридцать без прикрытия медведя (тут как раз медведя)… это чего-то да стоит.
Думаю и про то, что не мешало бы Кубе накормить свой народ… (Не знаю как! Я не руководитель Коммунистической Партии Кубы.)
А ещё… один мой хороший знакомый, который хорошо знает Кубу и кубинцев предупредил: «Смотри, будешь писать, кубинцы обидчивы…» Обидчивы… Конечно, обидчивы! Любому нормальному человеку (если он нормальный) обидно за свою Родину, когда кто-то говорит о ней дурно… Как там, у Александра Сергеевича… «Я, конечно, презираю отечество моё с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство.»  И второй Александр Сергеевич туда же: «Когда ж постранствуешь, воротишься домой, И дым Отечества нам сладок и приятен!»… Интересно у великого Хосе Марти ничего такого нет?
Что я всё хожу вокруг да около? Действительно, боюсь, что ли, обидеть? Ладно. Выводы, так выводы.
Кубинцы, не просрите свою Родину! Свою замечательную Родину. Она у вас одна. И она у вас прекрасна! Другой такой вы во всём свете не сыщете, хоть убейтесь! Не просрите.
А у вас к этому сегодня есть все шансы. Вон, уже и «мистер прэзидэнт» к вам наезжал, присматривался, за сколько же вас купить… Они вам и деньги покажут, обязательно покажут, много денег, незаметно так. И деньги — это хорошо… Но вы не просрите Родину. Слышите, кубинцы? Хрен с ним с коммунизмом! И с «Полуднем» хрен, утопия она и есть утопия, ещё ни одна утопия не стала нормальной реальностью. И с капитализмом тоже хрен. Звериное общество, орлиное ли, медвежье ли. Правда-правда!
Но вы всё равно не прострите. Слышите меня?!! Умоляю вас! Не прострите! Как просрали мы… Правда, у нас уже вроде светает…



…Живительное очищенье бурей!
С лазурной высоты уже спадают,
Как складки поднебесной кисеи,
Растерзанные в вышине ревущей
Покровы ветра. Розовеет даль,
Подобно заживающему шраму.
И парусник, с волной играя мирно,
Качается, резвится, как дитя.

Хосе Марти. «Поэт».

Всё. Теперь можете на меня обижаться.

ПС Автор высказывает только своё личное мнение. Исключительно своё личное мнение!

Книги автора можно почитать и послушать можно здесь: https://ridero.ru/author/lavrus_valerii_moydz/
и здесь https://www.litres.ru/valeriy-lavrus/ и ещё здесь:
https://www.amazon.com/s/ref=dp_byline_sr_ebooks_1?ie=UTF8&text=Лаврусь+Валерий&search-alias=digital-text&field-author=Лаврусь+Валерий&sort=relevancerank
20 Января 2019
119    © 
Теги:
  • Комментарии к отчетам
Загрузка комментариев...