СЛОВЕНСКИЙ РАЙ

Ассоциация.
Умер мужик и попал в рай. Ходит, удивляется, красота кругом, птички поют, цветочки цветут. День ходит, два, затосковал… Тут в конце райского сада вдруг набредает на забор. Камень подставил, влез… А там! Веселуха! Водку пьют, девки нагишом, распутство, бардак, веселуха. Мужик к ангелу, мол, а это что там за забором? «Ад, – отвечает ангел, – хочешь съездить в турпоездку?» Мужик загорелся, хочу, говорит.
Поехал… Нагулялся досыта. Вернулся, походил– походил и подаёт заявление: «Прошу перевести в ад по собственному». Ангел его поуговаривал– поуговаривал, потом бумагу забрал, и принёс с печатью «удовлетворить». Мужик наш забор перелез, черти его хвать, по башке кувалдой блысть, на сковородку хрясть, и давай жарить… Мужик орёт, вы чё пацаны, я же приезжал, тут же ништяк было, вино, девочки… А ему черти: «Ты, мужик, турпоездку с эмиграцией не путай, понял? Жарься и не воняй!»

За день перед поездкой, в пятницу…

«Палыч, почту смотрел?» – «Смотрел!» – "Ответил?» – «Ответил!»
«Валерий Павлович, вас вице-президент». «Иду!» «…Валерий Павлович, ну кто ещё кроме вас?» «Да я уже сто лет этим не занимаюсь…» «Ничего, вернётесь и займётесь. Вы надолго?» «Две недели». «Надолго…»
А за окном густыми хлопьями валит снег. Сырость и слякоть.
Конец марта у них.
Весна у них!
Неееет. Срочно валить отсюда! Из этого Гадюкино, из этого безумного суетного ада. Серого, хмурого, беспокойного…
«Палыч!»
Чтоб вас всех! Валить, и поскорее! В Словению. В еврорай. Нервы и органы движения лечить. На руках билеты в Любляну и отель на курорте Терме-Крка, на этот раз в Шмарьешке-Топлице (полтора года назад были в Струньянах, помогло).
Валить! Срочно валить!

День 1. Прибытие в рай

Аэрофлот полёт выполнил безупречно. Вовремя взлетел, вовремя сел. Вкусный завтрак. Нарядный вежливый персонал. Единственное напрягло: в Шарике уже с утра столпотворение. Последнее время Шарик отжигает. На регистрации очередь, на паспортном контроле очередь, на досмотре очередь. Сегодня ещё и в Шоколаднице, даже блины не доели (пока несли – объявили посадку). (За границу что ли все собрались? Из Гадюкино-то…)
В аэропорту Любляны имени Йоже Пучника нас встретил таксист Йоже. Символично. Йоже отлично говорит по-русски, ему чуть за шестьдесят. Он из тех, из социалистических югославов, по сию пору болеет за ЦСКА (да, да, именно за ЦСКА, за наш ЦСКА) и ностальгирует «по тем временам». Йоже не любит капитализм, тридцать восемь лет работает таксистом, живёт в Шмарьешке, и как оказалось, он и завтра нас везёт в Любляну (Неужели один таксист на всю Шмарьешку? Какого же она размера?). Дядька себе на уме, хитрован, с другой стороны, выживать как– то надо. А ещё он всю дорогу рассказывал, что у них сегодня закрытие горнолыжного сезона, и это просто… офигеть какое событие. «Мы же в Словении все лыжники!» – хвалился он. А мы в России кто? Не помните, какие праздники мы отмечаем больше всего? О! Вспомнил, День Космонавтики!

В отель устроились быстро и без хлопот. Вежливы, расторопны, неплохо понимают по-русски. И главное нас ждали. Ключи. Лифт. Второй этаж. Приличный номер. Вид на холмы и закатное солнце. Полупансион, и обеды за деньги. Неожиданно выяснили, что стол тут не совсем шведский. Суп, салаты, десерт – на выбор, на столах, а горячее на заказ по меню. Моя Валико философски рассудила, что так оно и лучше, иначе «сплошная обжираловка».
После обеда, чтобы не терять время (когда приезжаешь попервоначалу, всегда кажется, что куда-нибудь обязательно не успеешь, и вообще теряешь время, прямо как Паровозик из Ромашково), так вот, чтобы не терять время пошли изучать окрестности. А для начала сразу нашли главное – супермаркет! Прикупили плюшек к чаю. А то этот недошведский стол доверия не вызывает. А к плюшкам варенья и шоколада, на всякий случай. А потом подумали– подумали… И ещё взяли сыра. И мяса. Немного. Очень уж красивое на витрине сырокопчёное мясо. А потом… А потом надавали себе по рукам и ушли бродяжничать.

В райской Словении практически повсюду пешеходные маршруты. Словенцы большие любители скандинавской ходьбы. Только вокруг отеля около двенадцати различных маршрутов, разной протяжённости и сложности. От совсем простых, километра по три, до вполне себе приличных, под двенадцать километров с перепадами высот до 300 метров. И всё по безумной красоте. Ухоженные поля, прореженные леса, холмы и чистые без пластика по берегам ручьи.

В первый день выбрали маршрут попроще, не самый простой, но попроще, до Белой Церкви. Навигация вполне доступна, надписи на латинице, но язык– то славянский, лишь немного смущает обилие согласных в слове. Крка река такая. Или городок, в котором расположен аэропорт – Брник, с непривычки читается трудно, а так вполне приемлемо. Ну, сами судите «Bila Cerkva», всё же ясно!
Тут недавно узнал, в первые годы Советской власти большевики подумывали перевести русский с реакционной церковно-царской кириллицы на общемировую латиницу. Мировую революцию же делать собирались, тогда бы и у нас была Belaya Cerkov’. Слава Богу, проект мировой революции закрыл Отец всех народов, всё-таки был он прагматик, а то бы читали мы А.С. Пушкина на транслите. Представляете? «Vechor ty pomnish? V’uga zlilas’…» Я не очень.
Но, я отвлёкся.
Улетали из Гадюкино в злую колючую непогоду. Эдакая недовесна. Уже не зима, но до настоящей весны ещё далеко. А тут. А в Европах… Весна! Веснища! Тепло, солнышко, всё цветёт, птицы орут… Красота необыкновенная.

Мы шли по гладкому асфальту (дорога соединяла две небольшие захолустные деревеньки), и восхищались. После нашей всеобщей серости, хмурости и нецензурности, вокруг всё представлялось каким– то сказочным, нереальным, игрушечным. «Фрау Меркель» властной рукой обозначила Словении место – курорт! И маленькая Словения взяла под козырёк. Курорт, так курорт. За послушание немцы сделали им гладкие дороги, чистоту, красоту, орднунг, тыквенное масло и штрафы по 200 евро за превышение на 10 км в час. Хотя… Может я слишком прямолинейно воспринимаю действительность. Прямо в десяти километрах от нашего курорта, в Ново Месте собирают Рено. Там же фармацевтический концерн Крка. И ещё завод по производству жилых прицепов. Но Йожи жаловался, что работать некому, рабочего класса нет, весь уехал в Австрию и Италию. А в Словению едут из Боснии и Сербии. А теперь ещё ждут из Украины и Молдавии (здесь Йоже закатывает глаза). Евроинтеграция обратилась своеобразной зарплатной дифференциацией. Перефразируя известный афоризм: в Европе все равны, но некоторые ровнее. В Австрии средняя зарплата 2000 евро, в Словении 800, а в Боснии или Сербии 250, и всё за одну и ту же работу.
В прочем у нас в Москве тоже зарплаты «чуть выше», чем в Саратове или Йошкар-Оле. Кстати, наш Йоже к нашему Путину очень, ну, прямо очень-очень.
Нагулявшись, надышавшись, насмотревшись, выкупались в бассейне с тёплой минеральной водой и отбились. Любая дорога выматывает. Будто сам крыльями махал и крутил педали… Парадокс! Даже в Европе устаёшь.

День 2. Любляна

Встали рано. Еле–еле долежали до восхода, а как солнце осветило верхушки вековых елей (лес вокруг серьёзный, строевой, небо подпирают высоченные ели и сосны, буки и грабы,) поднялись и пошли на прогулку.
Ранним утром в Шмарьешке холодно, даже морозно, при том что днём интернет обещал до плюс 20. Климат, как в горах.

В окрестностях обнаружили прорву птиц (их там действительно удивительно много), парящие тёплые источники («топлицы» по-словенски), в топлицах краснолапых уток и черепах, и вытекающие из топлиц тёплые ручьи, в которых круглый год зелёная трава. А ещё в ручьях рыба! Поначалу мы обрадовались, ручьевая форель же, ручей же! но при детальном рассмотрении выяснилось, нет, не форель, голавль и щиповка. Ручьи те скачут по порогам, и Валико вдруг распереживалась, представив, как маленький голавлёнок вдруг упадёт с переката. «Он же ведь уже не вернётся к папе и маме! И не позвонит!» – сокрушалась она. Я её успокаивал. И наши «головлята» тоже не сильно звонят, хоть и не падают с порогов и перекатов, и мы при этом продолжаем жить, и очень даже неплохо, вон даже в Европу приехали. Так что, нечего за голавлей переживать, они вообще тут на постоянной основе живут. Без всяких виз и разрешений.
В 9 приехал наш Йоже. Всё же он интересный малый. Сегодня он взялся нахваливать стародавние времена. По своим убеждениям он – сталинист, а точнее титист, часто к месту и не очень любит приговаривать, «а за это бы Тито пиф-паф». Он не кровожадный, этот наш Йоже, просто он считает, что Тито любил рабочий класс и не давал его в обиду, а сегодня всякий норовит его обидеть… При этом представление о социальной справедливости у Йоже мелкобуржуазные, крестьянские. Что моё – не трогай, и жить богаче меня – не моги! За час, беспрерывно критикуя современное европейское руководство, он довёз нас до Любляны и сдал с рук на руки нашему гиду.
Нику я разыскал на туристическом сайте, там же, где нашёл и нашего кубинского гида. Ника не очень дешёвый гид, но я всё равно стараюсь выбирать местных, они, может, не так хорошо знают русский, зато отлично знают, что показывают. И ещё они любят то, что показывают.

Ника водила нас по старой Любляне не меньше трёх часов, от муниципальной площади, до замка на горе, и показала всё о чём могла вспомнить и рассказать.


Общее впечатление такое: город небольшой и похож на все города, основанные в средние века: на Грац (тут они вообще родня), на Триест и даже на Флоренцию. Есть безусловно и своя специфика, город всегда принадлежал словенцам, хотя хозяйничали в нём немцы, ситуация схожая с Прагой, поэтому вокруг много так называемого австрийского культурного наследия. Что-то в Люблянах от Карловых Вар, расположение что ли похожее… Впрочем, многим городам свойственно выстраиваться вдоль реки.

Кстати река в Любляне называется… Любляницей. Что точно отличает столицу Словении от прочих городов, то что река абсолютно чистая! Цвета морской волны. Правда-правда. Представляете, река в столичном городе чистая? И словенцы этим очень горды. Ника утверждает, что бережное отношение к природе у них в крови. Маленький и гордый народ. Похож на не наших прибалтов. И так же, как прибалты, не любят большие соседние народы, тех же хорватов. Недолюбливают сербов и боснийцев. Терпеть не могут албанцев. Презирают македонцев. Мало верят в Бога и не уважают Церковь, за сотрудничество с фашистами, за скандалы с гомосексуалистами и педофилами. С придыханием вспоминают местное язычество, напрочь открещиваясь от католичества. Хотя, я так понял, в большей степени это относится к городской интеллигенции. Она же (интеллигенция эта) всё время стремится занять некое пограничное положение. С одной стороны подчёркивает (прямо толстой и жирной чертой), что близка австрийцам и прочим немцам (при общении с сербами), с другой – словенцы обижены на тех же немцев за то, что не позволяли проявлять славянскую идентичность. Их любимый поэт (как сказала Ника «наш Пушкин», интересно, англичанам она говорит «наш Байрон»?) любимый поэт Франц Прешерн, прославил себя не только знаменитыми «Сонетами несчастья», но и своим противостоянием австрийской и католической элите. При том, что сама эта словенская элита всегда входила в элиту Священной Римской Империи, и когда нужно влёгкую меняла имена, германизировала фамилии, и становилась в Австрийской империи своей. Не всё это рассказала нам Ника, многое я сам прочитал перед поездкой. А по экскурсии, трёх часов, как правило достаточно, как Валико сказала, для одного раза очень даже ничего, можно было бы и поменьше.

А ещё, хождение по брусчатке в условиях пересечённого рельефа удовольствие ещё то. По случаю обеда ели в студенческой забегаловке. Не сказать, чтобы очень дёшево, но рыба, которую подали, была свежей и очень вкусной. Так ли у нас на Родине? Да нет, конечно, не так. Европа здесь. Рай!

День 3. День, когда мы остались без денег.

Понедельник. Выходные закончились и началось то, ради чего мы и ехали сюда, лечение!
Ещё из Москвы я просил переводчика.
Заказать еды или поторговаться, а также выяснить в два часа ночи «как пройти в библиотеку» можно и на смеси русского-словенского-английского, а грамотно рассказать где стреляет и что болит можно только с переводчиком. Наш врач оказался русский. Алёна. Шестнадцать лет живёт в Словении. Мы к ней заявились вдвоём. Она нас выслушала, осмотрела, ощупала, а потом, как бы между прочим, выписала кучу назначений. А когда нам их посчитали, мы прослезились. Эндыщ евро! В три раза больше, чем в Струньянах! Алёна не использовала пакетного предложения, в котором сцепляют несколько процедур, и в целом они стоят меньше, чем по отдельности, существенно меньше, и в Струньянах такие пакетные решения словенские врачи активно применяли, может и в Шмарьешке их тоже применяют, но свои за границей, как обычно, «не свои». В результате мы одномоментно остались без оперативных денег. Марибора и Загреба у нас не будет. Расстроившись, я пошёл и выписал себе ещё и диету. Гулять, так гулять!
Весь день провели с массажистами, физиотерапевтами, инструкторами лечебной физкультуры. Мы лечились, а они практиковались на нас в русском. Может с них взять компенсацию? Хотя в Струньянах русский у персонала не в ходу, не то что здесь. И это при том, что наших туристов совсем немного. Вместе с нами отдыхали еще трое, пожилая семейная пара и одинокий казанский бизнесмен.

После обеда и процедур от расстройства снова ушли гулять по словенской деревне, благо она равномерно распределена повсюду. В результате прошли сразу по четырём населённым пунктам. Заметим, по четырём настоящим деревенским населённым пунктам, с коровами, овцами, курами, тракторами и навозом.



И снова везде удивительно чисто, уютно и снова повсюду гладчайшие асфальтовые дороги. В общей сложности накрутили те самые двенадцать километров, перепав наверх и обратно на 300 метров. Вернулись усталые, но довольные и пошли отмокать в бассейн. А пока принимали водные процедуры, пришла гроза и ни с того, ни с сего испортила погоду.
На ужин в соответствии с предписаниями мне приготовили отварную рыбу и овощи. Всё как положено при диете. Всё пресно. Всё не перчёно. И не солёно тоже всё. Интересно, возьмут с меня денег еще и за диету или не возьмут? Денежный вопрос стал портить настроение… Очень недешёвый еврорай у них тут получается.

День 4. Текучка

Вошли в расписание и события пошли на убыль. Утром лечение, днём процедуры, после трёх прогулки, вечером бассейн. Самое интересное, безусловно, прогулки.
Сегодня ходили в относительно крупный населённый пункт – городок под названием Оточец.

Ходили по круговому маршруту. Туда через лес, разрушенный замок, деревни и поля, по лесной и проселочной АСФАЛЬТОВОЙ дороге. А обратно по дублёру, специально проложенному для велосипедистов и пешеходов, вдоль живописного берега Крки. Представляете? Дублёр у них велосипедный!

Нет, ну, правда, как в игрушечной стране. Как в детской игре, где дети: и водители, и полицейские…

На игрушечной реке Крке с игрушечными лебедями и цаплями, игрушечный замок XIII века Оточец. Раньше он принадлежал какому-нибудь игрушечному местному князю, а сегодня это пятизвездочный отель.

Возле Замка нас оккупировала стая ручных уток. Утки громко кричали про белую булку, но у нас с собой был только чай, а к чаю они там все в Европе толерантны. Не приучены-с… Только кофе-с. Но какой… Отличный! И всё у них отлично… Ну, так же нельзя!

День 5. Сплин

Переделали расписание процедур, сэкономили двести евро, но почему–то обрадовались не сильно. Так себе обрадовались. Так себе сэкономили – так себе обрадовались.
На улице холодно. Валяемся и смотрим Карточный домик. Какой у них ужас в американской политике… Всё куплено! Представляете?

День 6. А точно ли мы в раю?

Прям с обеда прям под окном работает кран. Чинят вентиляционную систему. На вопрос: «How long?» на ресепшене смущённо отвечают: «Ten days». Десять дней! Целых десять дней! И без предупреждения, и без извинений, просто раз! и целый жужжащий кран под окном. Сделал несколько фотографий, обдумываю месть. А то как же?! Рай понимаешь у них… А работающий кран под окном? В раю кранов не положено! Ну или по крайней мере должны были сначала предупредить, потом сто раз извиниться, и может быть даже переселить на другую сторону, в лучший номер, а мы бы ещё кобенились: «Ах нет-нет… мы уже привыкли… мы уже здесь, как дома… лучше вы уберите свой противный кран!» Но фигу нам с маслом! Вот мы, и вот кран!
О! А может они нам скидку оформят?
Возмущённые до предела сделали вылазку в самый крупный город провинции, в Ново Место. Поехали общественным транспортом. Раз в два часа приходит автобус без опознавательных знаков. На побережье в Струньянах транспорта было больше. За рулём женщина в возрасте и очках. Очень похоже, что только она и водит. А женщине уже за шестьдесят. Они что, тут всю жизнь работают? Странно всё это...
Ново Место – место красивое.

Цвета морской волны Крка, мост, замок, церковь с острым шпилем колокольни в небо. Красиво, представительно, исторично, но… как-то скучновато. Впрочем, как всё в Словении. Кажется, даже сама жизнь замерла. Вчера было так, сегодня так, и завтра ничего не поменяется. Валя даже сказала, что на мгновение ей показалось, будто она попала в 70-е. В такие красивые, комфортные 70-е.

А я вспомнил, у Клиффорда Саймака есть замечательная вещь «Исчадье разума». Там придуманный, сказочный, фантастический мир книг, фильмов, мультиков вдруг оживает и внедряется в наш суетный мир. Так вот там главный герой, настоящий человек, попадает на поле Геттисбергского сражения, решающего сражения Гражданской войны США, прямо сразу после битвы попадает и поражается… «Глядя на эти смутные фигуры, скорчившиеся на земле, я ощутил исходящие от них мир и спокойствие, почувствовал величие смерти. Не было видно искалеченных и разорванных на куски, все лежали в приличных позах, словно попросту прилегли вздремнуть. Ни следа агонии или боли. Даже лошади казались спящими. Ни единое тело не вздулось, ни одна нога гротескно не оттопыривалась. Поле битвы выглядело благочинно, аккуратно и опрятно – с некоторой примесью романтичности, может быть. Конечно, сценарий был отредактирован – однако отредактирован усилиями скорее моего, чем этого мира. Именно так людям последующих поколений представляется Геттисбергская битва – думая об этой войне, они забывают о её жестокости, грубости и ужасах, драпируя их рыцарской мантией, творя из реляции о боевых действиях сагу…»
Придуманный мир. И Словения такая же. Старые красивые дома, благообразные старинные церкви, крепостная стена из средневековья, подновлённая современным кирпичом и чистейшая Крка. И хочется домой…

День 7. Про кота и силос

Специфический запах накрыл весь курорт.
О-о-о-о! Я знаю этот запах, мне он хорошо знаком! Это запах прошлогоднего силоса. Вообще, так пахло в деревнях, когда мы ходили по большому кругу, сегодня мы там снова ходили, немного изменив маршрут, теперь мы поднялись на самую высокую отметку округа Шмарьете, на 417 метров. Но теперь так пахнет по всей округе. И это радует, ибо пахнет реальностью!

Зато погода снова пришла в норму. И ремонт, как на зло, прекратился, утром чуть погремели – вывезли мусор, и снова наступило полное спокойствие. Ничто не может возмутить зеркальную гладь словенского озера. Так спокойно, что даже писать не о чем. Вот разве что про кота Митю? Хорошо, пусть про Митю. В отеле на постоянной основе проживает чёрный кот. У него на лобби своя корзина для спанья, своя лежанка, свои миски для своей еды и свои игрушки.

Он приходит и уходит, уходит и приходит, как самый настоящий кот, когда ему это вздумается. Прекрасный кошачий рай. До этого кошачий рай я видел только в Стамбуле. Но там он коллективный, а здесь индивидуальный. Для одного кота. Так я думал. А сегодня оказалось, что Митя не один, их два, причём один Митя привёл другого. У них в округе черный цвет преимущественный для котов.
И я разволновался, а кто же тогда знает какой Митя в какой день?
Что не говори, событие… А нервы уже успокоились. Так успокоились, что уже подумываешь, может создать какую-нибудь «ситуацию»? Просто так… Для интересу. Ну скучно же, скучно!

День 8. Нет. Не всё гладко в Датском Королевстве!

Собирались в Ново Место, но не дождались автобуса. Расписание есть, а автобуса нет. Нет… не всё гладко в Датском Королевстве.
И снова ушли в замок Оточец. И не прогадали.

Отличная погода, красивые пейзажи, стремительная Крка (хоть что-то здесь стремится), и Замок… В этот раз в закатных лучах в совершенно прозрачной реке мы разглядели какое-то волшебное изобилие рыбы. Разного вида и размера разного. Как в аквариуме. А на берегу узрели рыбака с удочкой.

Вдруг захотелось подойти и подколоть, мол, как рыбалка, мужик, ловится? Рыба-то явно зажравшаяся. Но прямо при нас он вдруг начал вываживать рыбу, крупную рыбу, было видно, как сильно изогнулось удилище. И делал он это так спокойно, так не переживая, по-неправдашнему делал, так рыбаки не делают. Рыбаки начинают лихорадочно метаться, суетиться, нервничать… Даже моя Валико вся испереживалась: «Подсачек-то где у него, подсачек?» – шептала она. Но рыбак без всяких там подсачиков, прямо руками из воды достал язя, грамм на восемьсот– килограмм, спокойно присел, – мы с замиранием сердца продолжали следить за ним, – снял язя с крючка и… и бросил рыбину в реку. Нет! Ну вот как они так живут в Словении? Чисто, как в трамвае, плюнуть некуда, и рыбу выпускают… Безобразие какое!
До глубины души возмущённые ушли в замок пить до отвращения хороший кофе, а потом снова гуляли по острову, пытаясь установить контакт с лебедем.

Но лебедь нас игнорировал, у лебедя была весна и несчастная любовь к белой утке. Обалдевшая утка носилась от него по всему озеру, но лебедь не терял надежды на взаимность. Увлёкшись их необычным романом, мы очнулись только тогда, когда другие утки, со свойственной Европе толерантностью, прямо у нас под ногами устроили групповушку, утка при этом так громко крякала, что Валико чуть не кинулась спасать её. Но всё обошлось, они переделали все свои дела и стали весело взапуски гоняться друг за другом. Прекрасный день. Замечательный. Вот только на автобусной остановке обнаружился склад мусора, а на стене нарисованный член. А ещё по дороге в кустах стала встречается бумага и пакеты. И лихачи. Один промчался по деревянному мосту к Замку (по нему и ходят и ездят, причем чуть не в одну сторону, двум машинам не разъехаться). А второй, проигнорировав знаки, на бешенной скорости пронёсся по велосипедному дублёру. И это при том, что за превышение в 10 км в час штраф в 200 евро. А еще, я вспомнил, Йоже рассказывал, если вас лишат прав, то: сначала вы за свой счёт пройдёте медкомиссию, потом вам выпишут, где вы будете проходить переподготовку и сдачу экзаменов, и будет это где-нибудь на другом конце Словении. Я спросил Йоже, а можно ли как-нибудь решить вопрос… ну… ну вы сами понимаете, как. «Можно, – отвечал Йоже, – но это опасно. Полицейский возьмёт, а при случае, если его самого возьмут, сдаст вас.» Неееет, не всё хорошо в Датском Королевстве. И хорошо, что у нас осталось буквально два дня.

День 9. Месса

Из любопытства посетил мессу. В Шмарьете замечательный большой храм, только на лавках человек сто разместить можно.

Вообще церквей в округе много. Как-то встав на холме и оглядевшись, я насчитал более шести церковных шпилей в округе пяти километров (храмы, как правило, стоят на преобладающих высотах и хорошо видны на горизонте).
Поездку на мессу организовывал отель (за пару евро). Нас шестерых, пять пожилых словенцев и меня, отвезли к храму на микроавтобусе. Приехали рано, храм был ещё пустой, я прям заволновался, неужели так вшестером и помолимся, но уже к десяти сесть было некуда. Семьи, бабушки, дедушки, какие-то официальные лица и около тридцати подростков с учителем.
Мессу от начала до конца наблюдал впервые. Здорово помогало, что священник (толстый лысый дядька, в белом расшитом подризнике и фиолетовой ризе) служил на словенском. Я даже понял, что читали притчу о блудном сыне (время Великого Поста). Действо совершалось на аналое без алтаря, священнику помогали трое подростков в белых сутанах. Ещё из необычного было замечено, что проповедь священник начал сразу за чтением Евангелия. Вышел с амвона к скамьям и начал диалог с паствой (фактически был монолог). Сильно удивило, что причастие для паствы — только Тело (хлеб), Крови (вина) пастве не дают, Кровью причащается сам священник. А, вообще, в нашем храме круче. И рыкастый дьякон «Мирррром Господу помоооолимся!», какой там орган. И женский хор душевнее «Хосподи помилууууй!» поёт вместо детишек-то. И батюшка (не святой отец, не падре, а батюшка, «какой сегодня батюшка?» «отец Андрей»), и батюшка бородатый и в доску свой. И прихожане, если уж молятся, то коленопреклонённо, ну или, по крайней мере, стоят, как столбы, но не сидят! Сидеть в храме не положено! По нашему пониманию. Греки хоть и православные тоже сидят, как-то дьякон Кураев рассказывал, как он сопровождал своего греческого коллегу по московским храмам, и грека сильно удивило, что наши прихожане стоят, а и, собственно, сидеть-то негде, но поудивлявшись вдруг сделал неожиданный вывод: «Если бы наши стояли на молитве, то туркам бы страну не отдали». И такое есть мнение. Тем не менее, словенцы христиане, и, безусловно, верующие люди. А то я, после Йожи и Ники, сильно переживал. Но Йожи – коммунист, а Ника – интелегентша, а нормальный крестьянин-фермер, он человек простой и верующий.

Храм мне понравился, и я решил сводить туда Валико, благо по факту ходьбы от отеля до храма было всего-то минут двадцать.
По дороге подсмотрели какое-то воскресное торжество в местной таверне (вряд ли свадьба, скорее юбилей). Народ чинно восседал за полупустыми столами, но был весел и разгулен, а возле столов вжаривала местная фолк-бэнд. Колорит!

А Валико снова поражалась дорогам, кольцевым развязкам и обилию дорожных знаков, прям не сельская дорога, а оживлённый столичный перекрёсток. И снова игрушечные дома с поленницами под крышу (Словения активно использует дровяное отопление, газ дорогой, электричество дорогое, бензин дорогой, а леса много). И погода. И всё цветёт и пахнет. После обеда в виду погоды пошли загорать у открытого бассейна. Но солнце было жёстким и безбашенным, точно в горах, и мы позагорав с часок, пошли отмокать в закрытый бассейн.
На том и закончили мероприятия выходного дня.
С пяти были уже в номере, в восемь сходили на ужин, где я наконец-то выпросил себе картошки. Совсем они заморили меня этой цветной капустой. Диета, конечно, диетой, но картошечки… Не словенцы какие-то, а чистые немцы!

День 10. Предпоследний день

Предпоследний день, а по факту последний. Окончены процедуры и счета оплачены. Делать нечего и мы снова ушли в Оточец.

Снова Крка, снова рыба, утки и лебеди с цаплями, но сегодня всё цвело и зеленело ещё больше. Весна. А весна везде прекрасна, и в Словении и в Горном Бадашхане. А сказать больше нечего, кроме того, что народ в Словении хороший, страна красивая, но больше десяти дней к ряду выдержать этот рай нельзя. Можно сойти с ума.

Через день после прилёта.

«Палыч! Директор департамента зовёт» «Только вернулся! Дайте хоть почту разгребу!» «Некогда, Палыч, некогда! Бухгалтерия на ушах!» Господи, когда наша бухгалтерия была не на ушах?
«Палыч! Тебя чего вызывали?» – «Думали, лишать нас премии или нет.» «Охринеть!» «Не то слово!»
А за окном снова снег. И теперь это уже начало апреля.
А по телевизору снова про Украину. У них там выборы. И мы почему-то причём.
А ещё прилетал Эрдоган и что-то сказал для СМИ. И что-то сказал для СМИ Нетаньяху, а потом прилетел к нам. В наше Гадюкино. В серое, промозглое и неласковое. В родное Гадюкино! В такое драйвовое Гадюкино! В такое нужное и интересное всему миру Гадюкино. Несмотря на свою серость и всеобщую нецензурность.
Я люблю тебя, Россия! Слышишь? Очень люблю! И тебя, Москва, тоже очень!

мои книги:
https://www.litres.ru/valeriy-lavrus/
https://ridero.ru/author/lavrus_valerii_moydz/

И ещё фотографии:
















и ещё много...
15 Мая 2019
514    © 
Теги:
  • Комментарии к отчетам
Загрузка комментариев...